Форма поиска

История становления

«…Мы пальнём из пушки!»

 
1886 год можно назвать переломным в истории английского футбола.
 
Финальный матч Кубка Англии впервые состоялся за пределами Лондона. В Дерби "Блэкбёрн" одолел в переигровке "Вест Бром" - 2:0. "Бродяги" завоевали Кубок в третий раз кряду, повторив достижение легендарной команды "Уондерерз", которая доминировала в первых розыгрышах.
 
В этой параллели - вся соль переломного момента. "Уондерерз" - один из оплотов лондонского аматорства. Тогда как "Блэкбёрн" - символ профессионализма, который шёл с севера.
 
Вековое противостояние между богатым югом и бедным, но теперь, в конце XIX века стремительно развивающимся севером нашло отражение и в футболе. Тогда как для жителей столицы и южных графств футбол оставался приятной забавой, для работяг из Ланкашира и Йоркшира игра в мяч крепко сказывалась на кармане. Чтобы уделять футболу достаточно внимания, например, отправляясь в неблизкий выезд, приходилось идти на конфликт с работодателем. В результате и без того не впечатляющая зарплата становилась меньше на шиллинг-другой, что по тем временам было существенно.
 
Выплата денег за игру в футбол стала бы в таком случае справедливой компенсацией. К тому же нувориши севера, подбиравшие под себя футбольные команды, были заинтересованы, чтобы у них играли лучшие из лучших. Например, шотландцы, которые в те времена были как минимум тактически грамотнее своих соседей. Но существенно беднее.
 
В 1886 году разногласия между сторонниками любительства и профессионализма достигли критической точки. Прошёл целый сезон после того, как Футбольная Ассоциация наконец узаконила профессионализм, однако напряжение нисколько не спадало. Хавбек "Блэкбёрн Роверз" Джеймс Форрест был единственным профи в составе сборной Англии в матче против шотландцев. Чтобы подчеркнуть этот факт, он вышел на поле в футболке иного, нежели у его партнёров, цвета.
 
В это время на рабочей окраине юго-восточного Лондона начиналась история клуба, который впоследствии будет признан лучшим клубом Англии ХХ века.
 
Небольшой группе шотландцев, которыми верховодил подозрительный персонаж Дэвид Данскин, до противостояния любителей и профи пока что не было дела. У них враги были другие. 
В графстве Кент, к которому относились юго-восточные предместья столицы, где прошли первые годы жизни "Арсенала", футбол, мягко говоря, не понимали. Хотя две местные команды "Блэкхит Скул" и "Блэкхит" (существует до сих пор) были представлены на историческом собрании, на котором была основана Футбольная Ассоциация. Кент отдавал предпочтение регби и крикету. Первую игру шотландцы ещё как-то принимали, но постичь прелесть второй - как и любые здравомыслящие люди, были не в силах. 
Крикетисты оказались самыми ярыми противниками развития футбола и, обладая приличными полянами, категорически отказывались делить их с футболистами.
 
Так Данскин скитался со своей братвой, пока в Вулвиче не оказались игроки "Ноттингем Форест" Фрэд Бирсдли и Моррис Бейтс. Оба были довольно известны в стране, как, собственно, и вся команда "Лесников". Их перевод в футбольную глухомань безусловно был связан с работой. В Ноттингеме они трудились на артиллерийском заводе, а в Вулвиче, кроме судостроительных верфей, был и такой.
 
По всей видимости, профессионалами ни Бирдсли, ни Бейтс не были. Иначе не кочевали бы с одного места на другое. Хотя занимались футболом со всей одержимостью, из-за чего и приходилось менять города и заводы.
 
Воодушевившись приездом знаменитых игроков, Данскин вместе с тремя друзьями Элайджей Уоткинсом, Джон Хамблом и Ричардом Пирсом объявил набор всех желающих принять участие в создании футбольного клуба. Помимо Бирсдли и Бейтса, откликнулись некие Прайс, Уайтхэд, Портеус, Джеллатли, Рэтклифф, Браун и ещё двое, имена которых забыты. Каждый из них выложил по шестипенсовику, Данскин добавил три шиллинга (15 пенсов). Тут же был приобретён футбольный мяч.
 
На дворе стоял октябрь 1886 года. О более точной дате говорить не приходится. Вряд ли Данскин предполагал, какое будущее ждёт новое детище, созданное ради забавы. Он дожил до первых успехов "Арсенала" 30-х, а в 1936 году, уже смертельно больной, написал из больницы прочувствованное письмо менеджеру команды Джорджу Эллисону, прослушав по радио трансляцию победного финала Кубка Англии.
 
Известно, что первый матч команда провела 11 декабря против "Истерн Уондерерз", то бишь "Восточных странников". Для этого поединка команда взяла себе название "Дайал Сквейр". Так называлась одна из мастерских судоверфи, в которой работали многие игроки первого состава.
 
Определённые трудности составил поиск места для проведения матча. Игроки на пароме добрались до Собачьего острова на Темзе, где нашли клочок ничейной лужайки. Она была окружена с трёх сторон садами, а с четвёртой - выгребной ямой! Большая часть игрового времени расходовалась на извлечение мяча либо из сада, либо из дерьма. Играли без разметки, а ворота, как у нас в детстве, обозначали кирпичами. "Дайал Сквер" решил, что победил со счётом 6:0.
 
И понеслась по кочкам!..
 
Спустя две недели, аккурат на Рождество 1886 года, игроки собрались в пабе Royal Oak ("Королевский дуб"), что недалеко от станции Вулвич Арсенал. На повестке дня стояли три вопроса: название, форма и поле.
 
В этот момент инициативу в свои руки взял Фрэд Бирдсли. По всей видимости, именно он предложил принять название королевского военного завода - Ройал Арсенал, на котором работали почти все отцы-основатели. Но тут могут быть сомнения. Есть версия, что "королевская" приставка в названии - дань месту собрания.
 
Зато совершенно чётко известно, что именно Бирдсли предложил играть в красной форме. Вместе с Бейтсом они продолжали выходить на поле в своих футболках "Ноттингема". "Лесники", кстати, первыми в стране облачились в этот цвет в честь вождя движения за объединение Италии Джузеппе Гарибальди.
 
Написав письмо в свой бывший клуб, Бирдсли вскоре получил посылку с формой и новеньким мячом. Очень кстати, потому как свой мяч уже умудрились где-то посеять...
"Арсенал" будет играть в цветах "Ноттингема" с небольшими вариациями вроде бордового оттенка вплоть до 4 марта 1933 года. Тогда перед поединком с "Ливерпулем" великий Герберт Чепмэн внес ещё один незаметный, но важный штрих в оригинальный портрет "Канониров" - добавил знаменитые белые рукава.
 
Шорты и обувь каждый выбирал на своё усмотрение. Некоторые вышивали в бриджах и в обычных рабочих ботинках.
 
В качестве места для игры выбрали громадный пустырь Пламстэд, который отделял военный завод от Темзы. Пустырь служил местом для манёвров королевской артиллерии, и чтобы играть на нём в футбол, нужно было очень постараться! Поле было обильно исполосовано колеями и усыпано булыжниками. Зато теперь команда обзавелась штангами для ворот. Между матчами они хранились на заднем дворе дома Бирдсли.
 
8 января 1887 года под новым названием и в новых цветах "Ройал Арсенал" осторожно ступил на поле "Пламстэда" в следующем составе: Бирдсли - Данскин, Портеус - Грегори, Прайс, Уэллс - Смит, Мой, Уайтхэд, Крайтон, Би.
 
Следует отметить, что по какой-то причине не смог сыграть Бейтс по прозвищу "Железная голова" (бывший "Лесник" шокировал местную публику тем, как храбро бил тяжеленные мячи головой). Тем не менее "Ройал Арсенал" без малейших хлопот обыграл какой-то "Эрит" с разгромным счётом 6:1.
 
19 ноября 1887 года состоялось пока ещё неоценённое событие - первое дерби с "Тоттенхэмом". Играть пришлось в гостях, то есть на другом конце города. Газета того времени отмечает, что в дебюте поединка "Арсенал" забил случайный гол, а от разгрома гостей спасла блистательная игра вратаря Бирдсли. Всего 1:2, причём за 15 минут до финального свистка из-за стремительно надвигавшейся темноты матч пришлось прекратить.
 
Играть на камнях и кочках не было больше ни сил, ни желания. Однако дальнейшие поиски места для поля сопровождались новыми курьёзами.
 
Уголок животновода
 
"Арсенал" перебрался на "Спортсмэн Граунд" в том же Пламстэде, но оказалось, что на этом месте раньше была свиноферма. Поэтому чтобы поле превратилось в зловонную жижу, хватало даже небольшого дождика. Перед матчем с "Миллуоллом", 11 февраля 1888 года, дождь лил, как из ведра. Когда команды прибыли на место встречи, воды на "Спортсмэн Граунд" было по колено.
 
Тогда Джон Хамбл обратился к владельцу соседнего участка, и тот за умеренную плату согласился пустить футболистов на поле, которое было известно как "Мэнор Граунд". Сыграли 3:3, а после матча узнали, что приличным дренажом "Мэнор Граунд" обязан... овечкам, которых много лет выпасали на этом месте.
В это время "Арсенал" с успехом принимал участия в розыгрышах Кубка графства Кент (завоёван в 1890 году) и Кубка Лондона (1891), а также попробовал силы в Кубке страны. В сезоне-1889/90, пройдя три квалификационных раунда Кубка Англии (дебют увенчался  разгромом "Линдхёрста" 11:0), "Канониры" получили по ушам от "Свифтс" - 1:5.
 
Но успех был очевиден, и хозяин новенького, через дорогу, стадиона "Инвикта" (Invicta - девиз графства Кент, означающий на латыни "Непобедимый") пригласил команду к себе. Это чудо имело трибуну с сидячими местами, три террасы и даже - о, чудо! - раздевалки! Для "Канониров" такие условия казались раем. Особенно после зловония животноводческих ферм и переодевания в соседнем пабе. Когда на "Мэнор Граунд" ожидался наплыв зрителей (человек пятьсот - тысяча) поле приходилось огораживать верёвкой, а трибунами служили выпрошенные у местных жителей повозки.
 
На этом стадионе "Арсенал" впервые сыграл против "Дерби" Это был поединок первого раунда Кубка Англии-1890/91, который завершился победой гостей 2:1.
 
Эта игра имела огромное значение в дальнейшем развитии "Канониров". "Бараны" пригласили понравившихся им игроков "Арсенала" Питера Коннолли и Бобби Байста, и хотя они отказали, руководству клуба пришлось крепко призадуматься. Профессионализм всё крепчал и угрожал поглотить всех лучших игроков клуба. В такой ситуации выход мог быть только один - принять новые правила игры.
 
По инициативе Джона Хамбла состоялось собрание членов клуба, на котором решили покончить с любительством, дабы оградить себя от посягательств профессиональных клубов. Проголосовали единогласно, а Хамбл не забыл подчеркнуть, что, невзирая на смену статуса, "клуб был и останется рабочим". Только после переезда на "Хайбери" "Арсенал" станет позиционировать себя как клуб среднего класса и "творческой интеллигенции".
 
Стоит заметить, что к этому моменту Джон (или Джек, как его чаще всего называли) Хамбл выдвинулся в первые люди клуба и оказал громадное влияние на его развитие. Он дольше всех основателей оставался в "Арсенале" и вынужденно ушёл с поста директора только после скандала 1927 года. Хотя его вины в той ситуации не было никакой, о чём мы ещё поговорим.
 
Родился Хамбл в 1862 году в маленькой деревушке Ист Хартбёрн на северо-востоке Англии. В 18 лет в течение трёх месяцев потерял родителей, после чего отправился искать счастья в столицу. От Дарэма, что рядом с Ньюкаслом, до самого Лондона шёл пешком - денег на билет не было ни у него, ни у его старшего брата. В столице устроились монтёрами на Ройал Арсенале.
 
Обычная, в общем-то, история для того времени.
 
Освоение дикого, дикого Юга
 
Итак, "Арсенал" стал профессиональный клубом. Идея Хамбла о преобразовании в общество с ограниченной ответственностью была реализована только спустя два года. Пока что "Канониры" пытались сообразить, куда им с этим профессионализмом податься. Ведь футболом по большому счёту по-прежнему заправляли любители, а Футбольная Лига только набирала силу.
 
На том же собрании, дабы не давать лишнего повода для злости насквозь аматорской Футбольной Ассоциации Лондона, из названия профессионального клуба "Арсенал" исчезло слово "Королевский". Вместо этого появился Woolwich (название пригорода, к которому, по иронии судьбы, команда никогда никакого отношения не имела!). Но ФА Лондона, в которой заседали ещё более заскорузлые типы, чем в английской ФА, было всё равно, и действующего обладателя Кубка города благополучно исключили из всех местных турниров. Кроме того, "Канониры" не имели права проводить товарищеские матчи с профессионалами Севера и Мидлэнда.
 
Оставался только Кубок Англии, но в этом турнире "Арсенал" очень долго особых успехов не имел и, даже пройдя квалификацию, стабильно вылетал в первом раунде.
 
Стоит отметить, что тогдашние многочисленные победы команды (за первые пять лет было проиграно только 23 матча из 144-х) свидетельствовали вовсе не о её силе, а о необыкновенной слабости соперников.
 
В феврале 1892 года после очередного быстрого вылета из Кубка "Вулвич Арсенал" выступил инициатором собрания дюжины южных клубов, половина из которых были такими же неприкаянными профессионалами. Обсуждалась идея создания своей Лиги. Городская Ассоциация сумела придушить движение неповиновения, но спустя год Южная Лига всё-таки была создана усилиями "Миллуолла". Это образование вплоть до окончания Первой мировой войны объединяло многие профессиональные клубы юга страны и в силе немногим уступало разраставшейся Футбольной Лиге.
 
Но "Арсенал" в Южной Лиге так и не сыграл. Клуб, воспользовавшись моментом, неожиданно для самого себя стал членом Футбольной Лиги!
 
В конце сезона-1892/93 руководство Лиги приняло решение увеличить количество мест во втором дивизионе с 12-ти до 15-ти. Вскоре возникло ещё две вакансии, когда "Бутл" снялся с розыгрыша, а "Аккрингтон", вылетев из элиты, посчитал невыгодным играть в низшем дивизионе и заявился в Лигу Ланкашира. На пять мест претендентов было семь. "Ньюкасл Юнайтед" и "Ротерхэм" приняли без голосования, по результатам которого последние вакансии заполнили "Ливерпуль", "Вулвич Арсенал" и "Миддлсбро Айронополис".
 
Ничего себе пополнение, если смотреть из сегодня!
 
Включение "Арсенала" в состав Футбольной Лиги её члены восприняли если не в штыки, то достаточно настороженно. Дескать, придётся нести дополнительные расходы из-за далёких поездок в столицу (раньше дальше Бирмингема ездить не приходилось). Рассчитывать на то, что дорожные расходы можно будет компенсировать за счёт публики на матче, не приходилось - на "Канониров" ходили откровенно плохо.
 
Но Лига в избрании "Арсенала" видела свою политическую выгоду. Её власть начала распространяться и на юг страны. "А при нынешних темпах развития железной дороги проблема удалённости скоро перестанет быть таковой!"
 
"Арсенал" в своей радости был не одинок. Вместе с ним возликовал хозяин "Инвикты" и увеличил размер ежегодной арендной платы с 200 фунтов до 350-ти, что для клуба оказалось неподъёмной суммой. "Канониры" вернулись на "Мэнор Граунд". Перед ними встала проблема выкупа земли во избежание повторения подобной ситуации и обустройства стадиона. Единственным способом сбора средств было создание общества с ограниченной ответственностью.
 
Клуб объявил о выпуске 4 тысяч акций номиналом один фунт. В общей сложности деньги в "Арсенал" вложили 860 человек, которые приобрели 1552 акции. Подавляющее большинство составляли обычные работяги, и только трое позволили себе выложить больше 20 фунтов. Самым крупным акционером стал хозяин местной кофейни, которому принадлежало 50 акций. Первый совет директоров составили хирург, строитель и шесть инженеров с военного завода. Всё лето они вместе с игроками и болельщиками готовили "Мэнор Граунд" к матчам второго дивизиона (Д2).
 
Но проблемы только начинались.
 
Первый конфликт интересов
 
До первой мировой войны "Вулвич Арсенал" ничем особенным непосредственно на поле не выделялся. В 1896 году валлиец Сизар Ллевеллин Дженкинс стал первым игроком "Канониров", вызванным в свою национальную сборную. Спустя девять лет в сборной Англии оказался первый игрок "Арсенала" - вратарь Джимми Ашкрофт. Но команда в целом была сначала типичным середняком второго, а с 1903 года - и первого дивизиона (Д1). Игроки здесь не задерживались и, блеснув, отправлялись в более солидные клубы. Болельщики тоже не баловали команду своим вниманием. Всё это было сопряжено с серьёзными финансовыми трудностями.
 
Первый всплеск в игре - выход в элиту - стал возможен благодаря менеджеру Харри Брэдшоу. Однако сразу же после этого тренер перебежал в "Фулхэм", который посулил больше денег. Спустя пять лет по проторенной дорожке отправился и его преемник - Фил Келсо. При нём команда добилась самого громкого успеха в тот период - дважды кряду играла в полуфиналах Кубка Англии (1906 год - поражение 0:2 от могучего тогда "Ньюкасла", 1907 год - 1:3 от "Шеффилд Уэнсдей"). Но спустя год Келсо, заявив, что собирается заняться гостиничным бизнесом в Шотландии, дал дёру в "Фулхэм".
С этого начались удивительные отношения двух клубов. Достаточно заметить, что из первых 14-ти менеджеров "Коттеджеров" девять были связаны с "Арсеналом" либо как игроки, либо как тренеры.
 
Однако самое интересное началось в 1910 году. Тогда "Вулвич Арсенал", стоявший на грани банкротства, перешёл в руки владельцу "Фулхэма" Генри Норрису.
 
Норрис был из породы тех, кто сделал-себя-сам. Состояние он сколотил на торговле недвижимостью в юго-западном Лондоне. Вместе с количеством денег росла и его роль в общественной жизни города. Семь лет он был мэром Фулхэма (район в Западном Лондоне), в 1917 году стал сэром, то бишь ему было пожаловано рыцарское звание, с 1918 по 1922 годы представлял Фулхэм в британском парламенте. Оброс кучей знакомств, которые использовал с выгодой для себя и своих проектов. Например, в числе близких друзей Норриса был один из основателей "Ливерпуля" Джон Маккенна, который впоследствии стал главой Футбольной Лиги. Запомните это.
 
Норрис выделялся крутым нравом. Не терпел критики и советов и легко мог поставить на место любого оппонента с помощью логики и площадной брани.
 
Как говорят историки, Норрис очень болезненно относился к тому, что в футболе столица не могла составить конкуренцию провинции. Чтобы покончить с этим, Норрис задумал создать в Лондоне сильный клуб, который, однако, должен быть успешным не только на поле, но и как бизнес-проект.
 
Первым в его поле зрения попал "Фулхэм" - старейший клуб столицы. Но невзирая на все усилия Норриса, "Коттеджеры" никак не могли вырасти до уровня клуба Д1. "Фулхэм" не имел солидной болельщицкой базы, и тогда президент стал подыскивать другие варианты.
 
В 1910 году "Арсенал" если чем и отличался от "Коттеджеров", то только статусом клуба Д1. Вряд ли Норрис увидел, что в "Арсенале" дремлет какой-то потенциал.
 
Вскоре он подтвердил это предположение, задумав перевезти "Канониров" на "Крейвен Коттедж" и объединить их с "Фулхэмом". Сделать это было несложно, потому как фактически оба клуба были во владении Норриса и Уильяма Холла. Первый был президентом "Арсенала" и входил в совет директоров "Коттеджеров", а второй - наоборот, президентствовал на "Крейвен Коттедж" и был директором на "Мэнор Граунд".
 
Футбольная Лига возразила категорически. Неугомонный Норрис предложил другую схему: клубы продолжают существовать независимо, но будут делить "Крейвен Коттедж". Теперь уже возразили другие лондонские клубы.
 
В конце концов, футбольные чиновники приняли решение по поводу так называемого конфликта интересов. Так в английском футболе появился запрет на одновременное владение двумя и более клубами. Тема, которая спустя почти век, летом 2006-го, снова станет актуальной для "Арсенала"...
 
Тогда Норрису пришлось выбирать. Не стоит говорить о выборе сердца, потому как для бизнесмена калибра Норриса такой проблемы не существовало. Только трезвый расчёт и финансовая выгода. В таком случае предпочтительнее был "Арсенал", который хотя бы играл в элите.
 
Крестовый поход в Святую Землю
 
Однако недолго. В сезоне-12/13 "Канониры" в первый и пока что последний раз в своей истории выбыли в низший дивизион, с треском заняв последнее место: всего три победы в 38 матчах и 18 очков. С тех пор, как главный дивизион Англии разросся до приличных размеров, этот показатель очень долго оставался антирекордом. В сезоне-46/47 его повторил "Лидс", а в сезоне-68/69 - другой лондонский клуб, "Куинз Парк Рейнджерс". И лишь когда была введена система трёх очков за победу антирекорд пал: в сезоне-84/85 "Сток Сити" набрал 17 пунктов, а в только что закончившемся сезоне-2005/06 "Сандерленд" сподобился "улучшить" достижение ещё на два очка.
Итак, летом 1913 года Норрис имел на руках клуб Д2, в кассе которого лежали 19 фунтов, а в кладовой были зафиксированы случаи мышиного суицида.
 
Выход из тупика президент видел в переезде на другое место. Развивать клуб в юго-восточном районе Лондона не было никакой возможности. И без того слабая фанатская база не могла пополняться из-за крайне неудобного расположения "Мэнор Граунд". Например, для журналиста получить редакционное задание съездить на домашний поединок "Вулвич Арсенала" было синонимом опалы.
 
В поисках нового места Норрис и Холл выработали четыре требования. Во-первых, стадион должен быть расположен как можно ближе к центру Лондона. Во-вторых, это должен быть по мере возможности приличный район, к тому же не разрезанный Темзой или другими естественными преградами. В-третьих, рядом не должно быть крупных клубов. И наконец, самое важное - удобная транспортная развязка.
 
Однако всем четырём пунктам не удовлетворял ни один вариант. Наиболее подходящими казались места в Северном и Западном Лондоне. Но мешал пункт три: на севере был "Тоттенхэм", на западе - "Челси".
 
Почему был выбран именно "Хайбери", сейчас уже не разобраться. Не исключено, что причина была в том, что он располагался ближе к центру Лондона, нежели "Уайт Харт Лейн" - стадион "Шпор", к тому же совсем рядом от станции метров "Гиллеспи Роуд".
 
Земля принадлежала богословскому колледжу Святого Иоанна, который не думал пускать футболистов на почти что святую землю. Тяжёлые переговоры длились несколько месяцев, и Норрису пришлось использовать весь свой авторитет и всё своё влияние, чтобы убедить святых отцов.
 
Наконец, договорились об аренде земли сроком на 21 год за сумму в 20 тысяч фунтов. При этом клуб обязался не проводить на "Хайбери" матчей на Пасху и на Рождество. "Арсенал" неукоснительно следовал этому условию вплоть до 1925 года, когда за 64 тысячи фунтов выкупил землю в полную собственность. (Здание колледжа стояло в южной части стадиона, пока не сгорело дотла в конце второй мировой войны).
 
Соглашение было подписано лично архиепископом Кентерберийским. Однако если небеса благословили сделку, то некоторые люди возражали. "Тоттенхэм" и "Клэптон Ориент" (так тогда назывался "Лейтон Ориент") подали жалобу, так как "Арсенал" не просто располагался всего в четырёх милях от каждого из них, но ещё и благодаря своему расположению "перехватывал" болельщиков. "Тоттенхэм", который только-только угрохал 50 тысяч фунтов на модернизацию "Уайт Харт Лейн", был крайне недоволен. Голос протеста подал даже "Челси" (тут, видимо, личное - копали под Норриса). Подписи под петицией поставили и местные жители, которые вместо богословов получали в соседи футболистов и их шумных болельщиков.
 
В марте 1913 года состоялись жаркие дебаты на специально созванном совещании Футбольной Лиги. "Арсенал" победил и под бессильное ворчание недовольных начал готовиться к переезду.
 
Позор
 
В это время первая часть названия клуба, "Вулвич", и раньше не казавшаяся актуальной ("Арсенал" непосредственно в этом районе не играл никогда), вовсе утратила смысл и тихонько отвалилась. Но, если быть точным до конца, "Арсенала", известного нам, ещё не было. Вплоть до появления Герберта Чепмэна был The Arsenal.
 
В течение четырёх месяцев Норрис вложил 80 тысяч фунтов, дабы превратить скромные футбольные поля колледжа в настоящий стадион. Когда 6 сентября 1913 года "Арсенал" впервые ступил на газон "Хайбери" ("Лестер", который тогда ещё имел приставку "Фосс", был переигран 2:1), вложения Норриса в клуб уже составили 125 тысяч фунтов. Нехватку наличности испытывал не только "Арсенал", но и его владелец. Со строителями удалось договориться, что расчёт будет осуществляться из выручки в день матчей.
 
"Арсенал" не сумел вернуться в Д1 с ходу, по соотношению мячей пропустив на второе место "Брэдфорд Парк Авеню" (не путать с "Брэдфорд Сити"!), а затем и вовсе стал пятым.
 
Тем временем полным ходом шла Первая мировая война, и чемпионат на некоторое время взял паузу. В 1918 году Норрис подсчитал убытки клуба - 60 тысяч фунтов. Но великие времена были уже не за горами.
 
Их предвестником стало возвращение "Арсенала" в первый дивизион. Самая постыдная и таинственная страница не только в истории клуба, но и в истории всего английского футбола.
 
Когда закончилась война и "футбол возвращался домой", Футбольная Лига приняла решение увеличить количество команд в Д1 с 20 до 22-х. Как известно, Англия - страна прецедентов, потому самым простым казался ход, опробованный в 1905 году. То есть никто не вылетает, а из Д2 поднимаются две лучшие команды. Неудачниками сезона-14/15 стали "Челси" и "Тоттенхэм", а путёвки в элиту завоевали "Дерби" и "Престон".
 
Однако на деле всё получилось не так просто.
 
Норрис не сидел сложа руки и восемь месяцев от окончания войны до собрания Футбольной Лиги использовал с толком. Сейчас уже невозможно установить, каким образом Норрис "подмазывал" членов Лиги, но можно не сомневаться, что действовал он через своего близкого друга Джона Маккенну, который возглавлял "Ливерпуль" и Футбольную Лигу.
 
Напомним, что последний мирный чемпионат страны закончился скандалом в матче между "Ливерпулем" и "МЮ". Тогда игроки договорились между собой, и мерсисайдцы слили пока ещё не принципиальному сопернику 0:2, что в конечном итоге позволило "Юнайтед" на очко опередить занявший 19-е место "Челси".
 
Это обстоятельство, по-видимому, дало повод Маккенне отказаться от голосования, так сказать, общим списком и решать вопрос о том, чтобы оставить "Челси" отдельно от "Тоттенхэма". Все члены в едином порыве проголосовали за обиженный клуб.
 
Затем делегация "Шпор" заметно напряглась, когда Маккенна следующим пунктом поставил на голосование включение в Д1 "Дерби" с "Престоном". Опять же никто возражать не стал.
 
Тогда произошёл символический взрыв бомбы. Маккенна поднялся со своего места и сообщил, что на последнюю путёвку в равной степени претендуют "Тоттенхэм" (20-е место в Д1), "Барнсли" (3-е место в Д2), "Вулверхэмптон" (4-е), "Арсенал" (5-е), "Бирмингем" (6-е), "Халл Сити" (7-е) и непонятно на что надеявшийся "Ноттингем" (19-е). При этом Маккенна ходатайствовал именно за "Канониров" "на том основании, что клуб имеет несомненные заслуги перед Лигой (по всей видимости как первая команда Юга. - Ред.) и провёл в Футбольной Лиге на 15 лет больше, нежели "Тоттенхэм"!"
 
Президент "Шпор" Чарли Робертс просто онемел от алогичности и глупости происходящего. При чём здесь заслуги и продолжительность членства? Если уж на то пошло, то место в Д1 куда больше заслужили "Бирмингем" и "Вулвз"! Особенно последние, которые не только были в числе основателей Лиги, но и финишировали выше "Арсенала"!
 
Голосование дало следующие результаты. "Арсенал" - 18 голосов, "Тоттенхэм" - 8, "Барнсли" - 5, "Вулверхэмптон" - 4, "Ноттингем" - 3, "Бирмингем" - 2, "Халл Сити" - 1.
 
Слава Богу, больше подобного бреда в английском футболе не случалось (точнее, случалось, но в других областях - и тогда речь нужно вести уже о "бесподобном" бреде). Но с тех пор отношения между "Канонирами" и "Шпорами" окончательно оформились как одно из самых непримиримых дерби мирового футбола.
 
Наколотые
 
Стоит заметить, что фарс, разыгранный Норрисом и Маккенной, в большей степени содействовал подъёму "Тоттенхэма". "Шпоры" мигом ворвались в элиту, забив 102 мяча и установив рекорды по количеству набранных очков (70) и побед (32 в 42-х матчах), финишировали там на 6-м месте и завоевали Кубок Англии, а затем стали вице-чемпионами. Тогда как "Арсенал" болтался на задворках, в лучшем случае поднимаясь в середину, а в худшем - спасаясь от вылета. Эпоха менеджера Лесли Найтона если чем и запомнилась, то анекдотичным опытом с "волшебными пилюлями" в первом раунде Кубка Англии с "Вест Хэмом" в январе 1925 года.
 
Накануне матча к Найтону ввалился старичок, представившийся доктором. Он предложил менеджеру "волшебные пилюли" - "абсолютно безвредные, но выпив их, игроки обретут невероятный кураж, благодаря которому сумеют сыграть даже выше своих возможностей".
 
Найтон навёл справки по поводу подлинности личности доктора, а затем проконсультировался насчёт пилюль. Доктор оказался настоящим, а пилюли - безвредными.
 
За час до начала матча на "Аптон Парк" Найтон предложил игрокам воспользоваться "новейшими достижениями современной медицины" и чтобы успокоить тех, первым храбро принял стимулятор. Игроки последовали его примеру, но за десять минут до стартового свистка в раздевалке показался арбитр, который объявил, что в связи с туманом матч переносится. "На обратном пути мои парни напоминали тигров в клетке. Когда буйство спало, все испытали ужасное жжение в горле и дикую жажду".
 
Через день "Арсенал" снова прибыл на "Аптон Парк". Опять приём "волшебного снадобья" и... опять туман! С третьей попытки сыграть удалось и пилюли действительно дали невероятный эффект. "Канониры" носились по полю словно маньяки или олимпийцы, били по воротам со страшной силой, взлетали в воздух как ракеты. Вот только никак не могли забить! 0:0.
 
Для переигровки на "Хайбери" игроки категорически отказались принимать пилюли - 2:2. Всё решил матч на "Стэмфорд Бридж", когда на последней минуте капитан "Молотобойцев" Джордж Кей (он впоследствии станет тренером "Ливерпуля" и приведёт команду к чемпионству в сезоне-46/47) после подачи углового забил единственный в матче гол.
 
Летом Найтон был уволен. В мемуарах Лесли заявил, что во всём виновата жадность и непоследовательность Норриса. "Я задумал жениться на девушке из Манчестера. Там же находилось наше будущее гнёздышко. Однако президент предложил мне перевезти будущую супругу в Лондон и выразил готовность предоставить нам безвозмездно одни из своих апартаментов. Кроме того, Норрис пообещал мне уступить всю выручку со следующего домашнего дерби с "Тоттенхэмом". Могла получиться просто космическая сумма тысячи на три-четыре! По всей видимости, президента просто задавила жаба, и он, выдав мне 500 фунтов отступных, попросил освободить занимаемую должность".
 
Не знаем, что там действительно обещал эксцентричный Норрис, только доподлинно известно, что уже 11 мая 1925 в газете Athletic News появилось объявление следующего содержания: "Футбольный Клуб "Арсенал" объявляет о вакансии на должность МЕНЕДЖЕРА КОМАНДЫ (так в объявлении. - Ред.). Кандидат должен обладать опытом и достаточной квалификацией как специалист, так и личность. Господ, которые собираются создать крепкую команду с помощью высоких зарплат и дорогих трансферов, просьба не беспокоиться".
 
На это объявление откликнулся Герберт Чепмэн - человек, который сделал "Арсенал".